logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo

«В год рождения сына Овечкин выиграл Кубок. Хочу так же». Интервью лидера «Ак Барса» Галиева

Станислав Галиев — о лучшем сезоне в КХЛ, Зарипове, Овечкине и американской жизни.

ХоккейКХЛ
27 февраля 2020, Четверг, 10:00
Владимир Беззубов, photo.khl.ru

28-летний нападающий проводит свой лучший сезон в КХЛ. Идет вторым бомбардиром команды и надеется также успешно выступить в плей-офф. Мы встретились с Галиевым в Казани перед одним из домашних матчей. В большом интервью Sport24 Станислав рассказал, как рождение ребенка изменило его жизнь, каково играть с Данисом Зариповым, почему Александр Овечкин — великий хоккеист и как уехать в Америку в 16 лет.

«С буллитом в ворота Метсолы немножко хайпанули»

— Всегда перед домашними играми ночуете на базе?
— Только перед большими играми в основном, плюс в плей-офф. Это сделано для того, чтобы все вместе были, как на выезде.

— Комфортно ночевать на базе или тянет домой?
— Мне без разницы. При Зинэтуле Хайдяровиче мы на базе ночевали перед каждой домашней игрой, так что я привык. Мне даже нравилось, порой хочется побыть наедине с собой, настроиться на матч вдали от семьи.

— У вас в голове: «Скорей бы уже плей-офф» или всему свое время?
— Да можно сказать, что у нас плей-офф начался еще неделю назад — в концовке регулярного чемпионата остались сильные соперники. Да и в целом февраль получился напряженным.

— Ваш буллит в ворота Метсолы в конце января — самый необычный в вашей карьере?
— Да, мы немножко хайпанули. Когда бросил, увидел, что шайба взлетела, ждал до последнего, где она окажется. Если честно, в хоккее такого еще не видел — только в футболе пару раз. Мне кажется, что самый курьезный мой буллит.

— Нравится исполнять буллиты?
— Хотелось бы лучше это делать, процент у меня не самый высокий. Нужно еще работать.

— В этом году вы идете на лучший сезон в карьере в КХЛ по очкам. Что изменилось?
— Начало сезона вышло так себе, а концовка удается. Надеюсь, хорошая игра перенесется на плей-офф, а может, будет даже лучше.

— Почему начало не задалось?
— Потребовалось привыкнуть к новой системе и партнерам. Сначала играли с Вовой (Ткачевым. — Sport24), потом он травмировался. Нам с Данисом долго подбирали центрального. Наверное, из-за этого моя игра немного просела. Плюс у меня была пара болезней, это тоже выбило меня из колеи. Все наладилось, когда начал регулярно забивать.

— Был какой-то переломный матч, после которого все наладилось?
— Игра с московским «Динамо» на выезде (21 января «Ак Барс» победил со счетом 2:0, Галиев забил один гол. — Sport24). Как раз родители были на матче, после болезни я вышел и сыграл уверенно. После этого уже старался не сбавлять темп и от матча к матчу действовать в такой манере.

«В плей-офф «Ак Барс» будет играть в откат»

— Когда в Казани менялся тренер, было ли волнение, что с новым наставником может не сложиться?
— Всегда не знаешь, чего ожидать от нового тренера. Была взволнованность, небольшая нервозность. Но с первой нашей встречи все это ушло, сразу стало ясно, что от нас будут требовать. Сборы были интересными, мы проделывали немного другую работу. В этом сезоне у нас совершенно другая тактика игры. Тяжеловато было привыкнуть, но мы справились с этим.

— У Квартальнова очень строгая система?
— В плане игры он довольно строгий: каждый хоккеист должен выполнять свое задание. Мы все это быстро поняли, и пошли хорошие результаты.

— Со стороны кажется, что все игроки у Квартальнова ходят по струнке. Это так?
— Может быть, так видно со стороны. Но в жизни вне льда он совершенно другой человек: позитивный, общительный.

— Я именно про хоккей и говорила. За ошибку могут сразу посадить по ходу матча?
— Могут. У меня такое случалось. Но я был не прав, неправильно сыграл, за что и был наказан. Это будет хорошим уроком для других — таким сообщением, что так делать не надо.

— Такие методы действительно работают?
— Я думаю, да. На мне лично точно.

— Очень многие не верят в систему Квартальнова в плей-офф. Объясните, почему эти люди не правы.
— Понимаю, что зрителям нравится, когда в матче забивают по десять голов. Но иногда нужно играть строже в обороне. Перед каждым матчем своя задача: где-то идем агрессивно, где-то в откат.

(Ильнар Тухбатов, photo.khl.ru)
Ильнар Тухбатов, photo.khl.ru

— Вы согласны, что в первые месяцы регулярки «Ак Барс» играл более креативно?
— Я бы сказал, более агрессивно. Тогда у нас была задача давить соперника, не давать ему поднимать головы. Сейчас нам говорят в некоторых матчах сыграть построже в обороне, в откат. Плюс у нас была череда травм, в какой-то период сезона мало забивали, но мы с этим справились и вернули свою игру.

— В плей-офф вы тоже будете в откат играть?
— Думаю, нет. Мы будем играть агрессивно и быстро.

— У Квартальнова длинные теоретические собрания?
— Не особо. Они довольно короткие и, самое главное, понятные. Не сидим часами.

— Вы рассказывали, как Жерар Галлан после неудачного матча как-то разломал клюшку, бросил ее о плазму и заставил 20 минут кататься. Квартальнов, наверное, может еще жестче поступить?
— Нет, ничего подобного не было. Он только на Матче звезд планшетку сломал.

— Но он же достаточно эмоциональный человек.
— Да, но пока ничего не ломал.

— Билялетдинов на контрасте был гораздо спокойнее?
— Да, правда, у Зинэтулы Хайдяровича тоже могло накипеть из-за нашей игры.

— А вы часто закипаете?
— В прошлом сезоне бывали моменты, когда не получалось, то злился, эмоции перехлестывали. Но это не помогало мне играть лучше. В этом спокойнее себя веду, эмоции есть, но пытаюсь их оставить при себе.

— Клюшки ломаете?
— Один раз в этом сезоне было такое. Когда не забил, на лавке от обиды клюшку сломал. Не вспомню, что за матч, но это было в первой половине сезона. Но зато в тот момент меня сразу отпустило, на следующую смену пошел как на новую игру.

— В прошлом мае вы продлили контракт с «Ак Барсом» на два года. Были ли какие-то варианты? Смотрели в сторону Америки?
— Был только вариант с «Ак Барсом». Я провел не слишком удачный сезон, так что много предложений не стоило ждать. Но я не хочу вспоминать тот год, он не получился у всей команды. Мы только помним 0:4 от Омска и не хотим этого повторять.

— В первый сезон в «Ак Барсе» вы выдали потрясающий плей-офф. Правда, что за несколько месяцев до этого вы были близки к обмену в Уфу?
— Не знаю, правда или нет. Я читал об этом в прессе, но мне лично агент ничего не говорил.

(photo.khl.ru)
photo.khl.ru

«Первое время я не всегда понимал, что Зарипов хочет сделать»

— Свой лучший хоккей вы показывали, когда играли с Зариповым. Сейчас выходите в тройке с ним и Воронковым. Что есть такого уникального в Данисе, что в 38 лет он так крут?
— Он мастер с большой буквы. Данис обожает хоккей, он у него в крови. Дай бог ему еще лет 10-15 в хоккее провести.

— Как-то многовато.
— Да у него здоровья полно! Его все в команде обожают и ценят. Никогда не играл против Даниса, но, думаю, это очень тяжело. Он очень креативный, не знаешь, что сделает, действует часто нестандартно. Помню, что в первое время я тоже не всегда понимал, что Зарипов хочет сделать. Сейчас уже легче, я знаю, что он что-то обязательно придумает. Мне только надо быть в определенном месте.

— Ваша задача выбрать удобную позицию и открыться?
— Да, он отдаст с разворота не глядя. Мне с ним легче играть, чем молодым ребятам. Видно со стороны, что они не в том месте находятся, не ожидают того, что сейчас сделает Данис.

— Злится ли Зарипов, когда его не понимают партнеры?
— Нет, он улыбается. На лавке часто с ним смеемся, когда я что-то не так сделаю. Данис очень позитивный и приятный человек.

— В последних матчах у вас в центре выходил Воронков. Помогает молодому?
— Мне очень нравится играть с Димой, он перспективный парень. У него большие габариты, он здорово играет возле бортов, выцарапывает шайбы, хорошо сзади отрабатывает. Думаю, у Воронкова большое будущее. Он классно выступает в «Ак Барсе» и удачно провел молодежный чемпионат мира.

— Когда на Воронкова свалилась тонна критики после МЧМ, что вы ему говорили?
— Он член нашей семьи, поэтому мы поддержали его, сказали что все впереди. Все бывает в нашем виде спорта. Всегда найдутся негативные люди, я на таких просто внимания не обращаю. У меня своих хлопот хватает.

— По поводу хлопот. С рождением ребенка жизнь изменилась на 180 градусов?
— Да, мне очень нравится новое амплуа. Все поменялось кардинально, стало меньше сна (улыбается).

— Бывает, что с рождением малыша в карьере хоккеиста наступает спад из-за того, что семья выходит на первое место. Как вам удалось этого избежать?
— Даже не знаю. У меня наоборот больше позитива, море энергии. В подсознании появилось, что я должен играть еще лучше, чтобы сын уже гордился мной. Я знаю человека, у которого в один год родился сын, и он выиграл Кубок Стэнли. Александр Овечкин для меня отличный пример. Может быть, с нами этот трюк тоже сработает.

— У вас прибавилось дел по дому и уходу за ребенком?
— Моя жена огромная молодец, горжусь ей, потому что она очень многое берет на себя. Бывает, что не спит по ночам, перед матчами старается меня не будить. Но я никогда не ухожу в другую комнату, всегда с ними сплю. Хочу на себе испытать все эти хлопоты, крики.

— Сын еще не ходил на хоккей в наушниках для малышей?
— Нет, надо сделать пару прививок перед тем как вести на стадион, да и сейчас много вирусов гуляет. Еще успеет побывать на хоккее.

— Слышала, что сейчас у вас в команде особенно тщательно следят за здоровьем.
— Да, контроль жесткий, в раздевалку журналистов только в масках и бахилах пускают, доктора постоянно нас проверяют. В прошлом году у нас человек пять слегло перед плей-офф, не хотим повторить ошибки. Плюс погода сейчас непонятная такая, легко простудиться.

«В этом веке Овечкин — единственный игрок, который может побить рекорд Гретцки»

— Североамериканское издание The Athletic недавно опубликовало истории нынешних и бывших игроков «Вашингтона» о их знакомстве с Овечкиным. Дмитрий Орлов вспомнил, как в Ванкувере, только назвав фамилию Александра, вам удалось забронировать столик в ресторане. Что вы можете рассказать?
— Хорошо помню тот случай, у меня даже на телефоне видео сохранилось, как мы звоним в номере и пытаемся столик забронировать. После таких историй и понимаешь, насколько Саша великий человек. В Вашингтоне он, можно сказать, царь.

— Часто пользовались опцией: с Овечкиным все двери открыты?
— На самом деле мы всегда вчетвером на выездах ходили на ужины. Столиком нам всегда давали, отказов не было.

— Вы хоть провели пять лет в системе «Вашингтона», в НХЛ играли немного. Какие у вас были отношения с Овечкиным?
— Несмотря на это, мы до сих пор в инстаграме переписываемся, поздравляем друг друга с днем рождения, смешные видео пересылаем. Постоянно общаемся с Женей Кузнецовым, наши семьи близко дружат. То же самое с Димой Орловым. Летом обязательно встречаемся.

— Если что-то случится, вы можете всегда позвонить им?
— Да, естественно.

— Сейчас существует мнение, что гонка Овечкина за Гретцки гораздо интереснее того, возьмет ли «Вашингтон» еще один кубок. А для вас, как для хоккеиста?
— Мне кажется, сейчас на этом зациклились. Со мной многие согласятся в том, что в этом веке Овечкин, наверное, единственный игрок, который сможет побить рекорд Гретцки. Никто близко пока не подбирается к этому. То, что вытворяет Овечкин, это не описать словами: из сезона в сезон выбивает по 50 голов. У Саши что не бросок, то гол.

«Была возможность уехать раньше в Россию»

— Вы два сезона отыграли в лиге Восточного побережья. Считается, что если хоккеиста отправляют в ECHL, то на нем поставили крест. У вас было такое ощущение?
— Была обида. Но в то же время я понимал, что другого выхода не было. В мой первый сезон в НХЛ был локаут, всех игроков спустили из основы в фарм-клуб, а мне там не нашлось места. Пришлось ехать в лигу Восточного побережья, чтобы получать игровое время. Набрался там опыта и уверенности.

— Про АХЛ в России все знают более-менее, а что происходит в ECHL? Вратарь Бен Майзнер пару лет назад выступил с пронзительной колонкой, где рассказывал о низких зарплатах, ужасных условиях, депрессии и мыслях о суициде.
— Да, там действительно очень маленькие зарплаты у тех, кто подписывает контракт с клубом ECHL. У меня же было соглашение с «Вашингтоном», поэтому получал зарплату как в АХЛ. А так максимум платили бы 500 долларов в неделю. В лиге Восточного побережья очень долгие поездки на автобусах, а еще мы играли только в три звена. То есть в заявке было 15 человек, и я проводил на площадке по 25 минут за матч.

— Что с условиями? Жили с тараканами?
— Города были далеко не самые крупные и благополучные, но тараканов в гостиницах никогда не было. Нам снимали дома в городе, где базировались, жили вместе с одноклубниками.

— Вам тогда не казалось, что теряете драгоценные годы своей карьеры?
— Я знал, что мне надо играть. Мы тогда дошли до финала, выиграли кубок. Понимал, что не было смысла сидеть в «Херши» и играть по пять минут раз в неделю.

— По уровню хоккея в ECHL хуже, чем в АХЛ?
— Да, скорости медленнее, да и уровень оставляет желать лучшего. В первый мой год там были молодые креативные ребята, они, как и я, не попадали в состав команд АХЛ из-за локаута. В плей-офф были серьезные зарубы с драками и всем остальным. Все действовали в обычной североамериканской манере.

— Слышала мнение, что для игры в НХЛ вам не хватило разносторонности. Вы согласны?
— Я никого, кроме себя, не виню в том, что я не смог закрепиться. У меня были для этого все условия. Единственное, что я мало играл — по 6-8 минут раз в неделю. Так тяжело набираться опыта. Бывало, что в хороших моментах не забивал, хотя должен был. Если бы забивал, то появилась бы уверенность и давали бы больше играть.

— На тренировках отрабатывали на полную?
— Да, выкладывался на максимум, все было нормально. Да и во время игр выкладывался. У ребят из команды было мало травм, поэтому у меня такого шанса проявить себя не выпадало.

— Сейчас, спустя годы, понимаете что нужно было раньше возвращаться, или все было сделано правильно?
— Была возможность уехать раньше, обсуждали вариант возвращения. Но потом сезон начал складываться хорошо, меня впервые вызвали в НХЛ, я забил в своем втором матче. Мне предложили хороший контракт на два года, и решил остаться. В тот момент просто не мог принять другое решение. Хотел идти за своей мечтой.

«Первое время в США было страшновато»

— Самсонов весьма положительно отзывался о Херши, а вот Шумаков не был в восторге от города. Вы там прожили много времени, вернулись бы?
— У меня остались положительные воспоминания. Спокойный, тихий город, в нем есть все для хоккея. На домашних матчах собирается полный стадион на 14 тысяч зрителей. У меня там осталось много друзей, если будет возможность, обязательно вернусь в Херши.

— Если сравнить Херши и Нижнекамск — где комфортнее?
— Разные города. В таких городах, как Херши, нет небоскребов, все живут в своих домах. Развлечений, конечно, мало, но зато все доступно. Сравнивать тяжело, потому что там совсем другая жизнь.

— Вы в 16 лет уехали в Америку. Ваши родители взяли на себя все расходы?
— Нет, все расходы брал на себя клуб, а жил я в семье. Сам захотел уехать, поговорил с агентом, он подыскал мне команду в USHL.

— Как прошло первое время в США?
— Было страшновато. Не знаешь ни менталитета людей, ни языка. Но мне попалась очень хорошая семья, плюс в ней же жил мой партнер по команде, который во всем помогал. Сначала я объяснялся на жестах, говорил «да» или «нет». Самое тяжелое — это объяснить, что я хочу. В команде помогали ребята. Тори Круг, который сейчас в «Бостоне» играет, говорил мне: «Я тебе ничего не буду заказывать или переводить, заказывай сам в ресторане еду».

— У Овечкина то же самое было.
— Да, я читал об этом. На самом деле ребята правильно поступали, так мы быстрее учили язык. Я сейчас иностранцам в «Ак Барсе» всегда говорю, чтобы они своими силами старались объясниться. И все у них получается, просто есть страх, что тебя не поймут.

— Что было со школой, ведь вам было только 16?
— Я экстерном закончил 11-й класс и уехал в Америку. Там в университет не поступал, потому что не так хорошо знал английский.

— Через какое время освоились?
— К концу сезона чувствовал себя уверенно. На следующий год перебрался в Канаду, там тоже было комфортно.

— В первый год были моменты, когда хотели купить билет и вернуться к родителям в Москву?
— Нет, я ставил хоккей на первое место, а в этом плане все было отлично за океаном. Я попал к прекрасному тренеру Джеффу Блэшиллу (тренер «Детройта». — Sport24), который многому меня научил.

— Почему вы решили уехать в Америку?
— Думал, что по развитию мне больше подойдет североамериканский хоккей. В принципе так и вышло. Я играл в «Сент-Джоне», мы три года подряд доходили до финала, за это время проиграли только 18 матчей. Многие ребята из команды были выбраны на драфте. Так что мне не о чем жалеть.

«На нас в «Вашингтоне» часто смотрели, многие спрашивали, что за фирма»

— Многие русские ребята за столько лет за океаном становятся по менталитету ближе к американцам. Как вам удалось остаться собой?
— У меня жена — русская. Мой дом всегда был и будет в России. У нас много друзей живет в Америке, мы с ними общаемся, созваниваемся. Мне нравится жизнь в США, но в России ничем не хуже.

— Вы давно с супругой вместе?
— С 14 лет. Это моя первая школьная любовь.

— Сидели за одной партой?
— Нет, в одной школе учились, но в разных классах.

— Как вы стали за ней ухаживать?
— Она со мной решила познакомиться. Ее друг спросил у меня, есть ли у меня девушка. Я сказал, что нет. Потом все закрутилось.

— Когда вы в 16 лет уехали в Америку, то как ваши отношения выдержали разлуку?
— Было тяжело. Она пошла в университет, я играл. Спасал скайп, телефон, фейстайм.

— Когда она к вам переехала?
— Когда я перешел в «Херши» (в 20 лет. — Sport24). Когда у нее был последний курс, она стала ко мне прилетать.

— Из Москвы в Херши — это большой контраст.
— Да, для нее это было сложно. Наверное, самое тяжелое это то, что она улетела от семьи. Но жена справилась, нашла сразу друзей — у нее был очень хороший английский.

— Дмитрий Куликов рассказывал, что когда возвращался в Россию, его все бесило первую неделю: люди злые, дороги ужасные, пробки. Как у вас было?
— Да самом деле после двух-трех дней ко всему дома привыкаешь. Самое сложное — вспомнить некоторые русские слова. Мы, бывало, с женой не могли вспомнить какое-то слово и называли его по-английски.

— В США вы быстро стали вести себя как американец? Улыбаться, например.
— Да, когда постоянно живешь в этом мире, то это происходит на автомате.

— Самсонов говорил мне, что все думают, что он злой из-за отсутствия улыбки.
— Это да. Американцы сразу воспринимают так человека, который не улыбается. Если ты хмурый, то к тебе лучше не подходить. Но я всегда был на позитиве. Я в принципе улыбчивый по жизни.

— Были вещи, которые бесили в Америке?
— Есть вещи, которые я до сих пор не понимаю. Условно, как люди могут выйти в сланцах зимой, а летом — в уггах.

— В маленьких американских городах все же еще и одеваются как попало?
— Да, в основном в спортивной одежде и кроссовках ходили.

— А если красиво нарядиться?
— О, там все сразу подойдут, спросят что за фирма, сколько стоит.

— Известно, что русские хоккеисты любят красиво и дорого одеваться. В «Вашингтоне» иностранные партнеры не подкалывали?
— В Америке люди стараются не тратить деньги на дорогие вещи, они лучше хороший дом купят. Одежда у них не на первом месте, выбирают только то, в чем комфортно. На нас часто смотрели, многие спрашивали, что за фирма. Потом узнавали цену и говорили: «О, нам это не надо» (смеется).

— С машинами такая же ситуация?
— В командах НХЛ ребята могут ездить как и на очень дорогих машинах, так и на обычных джипах. Некоторые иностранцы любят быстрые автомобили. Тут все индивидуально. Как, впрочем, и у русских ребят.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене