logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo

«Такого не было со Второй мировой». Итальянский инсайдер Палмери вместо футбола теперь говорит о коронавирусе

Монолог о панике и страхе в Милане.

ФутболСерия A
13 марта 2020, Пятница, 09:00
shutterstock.com

Италия — вторая страна в мире по распространению коронавируса. От заболевания там умерли 827 человек, из них 196 человек — рекордный показатель — только вчера. Зараженных в стране — 10 590 человек, среди них защитник «Ювентуса» Даниэле Ругани и форвард «Сампдории» Маноло Габбьядини. В стране закрыты границы, магазины (кроме продуктовых и аптек), учебные заведения и предприятия, запрещены сборища людей вплоть до свадеб и похорон. Закрыть могут и этот сезон Серии А, пока что он приостановлен — как и все остальные лиги.

Один из главных футбольных инсайдеров Италии Танкреди Палмери уже больше месяца не бомбит эксклюзивами о трансферах, а держит всех в курсе о ситуации с коронавирусом. Палмери быстро сообщает о новых инфицированных (вплоть до Тома Хэнкса), срывах соревнований (от НБА до гонок) и ближайших планах. Так, Палмери одним из первых сообщил о скором приостановлении еврокубков. Он же выкатил новость о Криштиану Роналду: из-за болезни Ругани он решил не возвращаться в Италию.

(twitter.com/DanieleRugani)
twitter.com/DanieleRugani

Что еще важнее, каждый день Танкреди выходит в эфир beIN Sports со сводкой новостей и регулярно рапортует в твиттере о статистике пандемии: число погибших и зараженных, их возраст, динамика распространения. Вчера на Tuttomercatoweb Палмери написал колонку под заголовком «Я вирус. И то, что вы увидите, я не увижу никогда».

За последние сутки в Ломбардии, где живет Палмери, коронавирус унес 126 жизней, всего в этом регионе от болезни погибли 743 человека.

Sport24 познакомил вас с Танкреди на чемпионате мира: Палмери влюбился в Россию и пропел оду Санкт-Петербургу. О том, зачем Танкреди переключился с футбола на коронавирус и как изменилась его жизнь, он рассказал в интервью Sport24.

— Я нахожусь в Милане и нескоро его покину: город заблокирован. Транспорт еще работает, но только в пределах региона, в противном случае вам нужно предоставить документальные причины для перемещения. По дорогам ездят машины — правда, и близко нет пробок. Люди выходят на улицы — впрочем, их всего десять процентов. В основном по необходимости — чтобы добраться до работы, если их офисы еще открыты, в аптеку или на рынок. Правительство просит граждан оставаться дома, и люди все чаще прислушиваются.

Я тоже практически не покидаю дом последние две недели — только по крайней необходимости. Изредка выбираюсь на прогулку, надев маску, и то не в места скопления людей. Держу с людьми дистанцию и не контактирую напрямую, а если трогаю какие-то предметы вне дома, то не трогаю в это время лицо. Мою руки даже после того, как поднялся по лестнице, держась за перила, а в лифте протираю кнопки салфеткой, прежде чем нажать кнопку. Заказываю продукты в проверенных местах, причем заранее: приходится ждать четыре-восемь часов. Мы со знакомыми постоянно спрашиваем друг у друга: «У тебя есть [коронавирус]? Проходил обследования?»

Уже какое-то время я не освещаю футбол. Собирался и на матчи «Лейпцига» с «Тоттенхэмом», и на «Баварию» с «Челси», «Интер» с «Хетафе», «Юве» с «Лионом». Не могу прийти ни на стадионы, ни в студию. Вместо этого я переключился на коронавирус.

Меня никто не принуждал к этому. Сам ощутил, как это важно. В конце января, когда понеслись новости из Китая, никто не воспринимал их всерьез. Я же стал следить за ними — а конкретно за официальными сообщениями государств, Всемирной организация здравоохранения, компаний и так далее. Это не было альтернативой спорту — обычная работа журналиста.

Я погружался в тему и в какой-то момент осознал: это не пустая тревога. ВОЗ в подобных случаях быстро пресекает панические настроения, но теперь и сама она была крайне обеспокоена. Я сказал себе: «Так, секунду. Что на самом деле происходит?» 22 января я получил доступ к документам, которыми итальянское правительство обменивалось с организациями по здравоохранению . Было ясно, что это нечто незаурядное.

К концу января в мои руки каждый день попадали бюллетени официальных лиц. Проблема еще не была предметом всеобщего внимания, а мне хотелось располагать всеми точками зрения, видеть разные мнения. Не для того, чтобы бегать по интернету и вопить о катастрофе. Люди бы говорили: «Танкреди — уважаемый спортивный журналист. Какое ему дело до коронавируса, что он в этом понимает?» Нет, фигуранты — от медработников до чиновников — просто должны были говорить, а я стал их мегафоном.

Поначалу меня просили не быть алармистом. Но если есть сигнал тревоги, я только даю ему прозвучать во всеуслышание. И все равно ты будешь честно делать свою работу, а тебя прозовут паникером. Я получал разные отзывы: «Ты сеешь панику! Данные по Китаю неофициальные, а ты переносишь проблему на Италию?» Я отвечал: «Не знаю, достоверные ли это источники. Но это все, что у нас есть». Со статистикой по Италии было проще, так что я стал обновлять ситуацию и время от времени публиковать цифры.

Мой фокус — на спорте, и я не настроен лезть не в свою сферу, у меня нет квалификации для работы, которой я не обучен. Но когда появляется тема, которая касается всех прочих (в том числе спорта) и которая проникает во все медиа и соцсети, я не остаюсь в стороне. Еще 50 дней назад у меня были основания полагать, что спустя время проблема коронавируса станет национальной. Я не мог молчать об этом.

Я как и писал колонки и репортажи из дома, так и пишу. Как выходил в радиоэфир из дома, так и выхожу. Для ТВ-стендапа приходится выходить на улицу — правда, недалеко. Пока Серия А продолжалась, все воскресенье я посвящал футболу. Теперь все время съел коронавирус. Кажется, последние шесть выпусков на радио были посвящены ему.

Моей скромной целью всегда было лишь одно: повысить осведомленность. Не давать свое мнение. «Здесь был пенальти, а тут не было, в одном случае ВАР сработал верно, в другом нет» — такого я себе в случае с вирусом не позволяю. Нет, я лишь держу в курсе своих читателей и предоставляю факты. О футболе в том числе: всего две недели назад коронавирус толком не отражался на нем, теперь все иначе.

В футбольном шоу мы говорим не только об отменах и переносах, но и даем аудитории послание: не выходите на улицу, ограничьте социальные контакты. Я бы кое-что хотел сказать и вашей. Не знаю точно всей ситуации в России — например, знаю, что в Италии тест на коронавирус прошли 60 тысяч человек, а сколько у вас, не в курсе. Но мне очевидно: коронавирус везде. В Италии это уже так. Когда вирус распространился по Ломбардии, Венето и Эмильи-Романии, осторожности стало больше, эффективность борьбы понемногу росла. Но и этого оказалось мало. Число зараженных во Франции, Германии и других странах растет уже теми же темпами, что и у нас.

Вирус гуляет по миру уже очень долго. И распространение не стихает, а продолжается. Ни у меня, ни, как понимаю, у вас нет уверенности насчет положения дел в России, но давайте рассуждать логически. За полтора месяца вирус из Китая не мог не разойтись по всему миру и каким-то образом по-любому добрался до Москвы.

(Getty Images)
Getty Images

Не сказал бы, что итальянцы сейчас в панике. Паника не помогает. В страхе — да. Это не помогает, но это нормальный страх — как при просмотре ужастика. Ничего подобного мы не переживали со Второй мировой войны. В России, мне кажется, последний раз подобное происходило в 1991–1993 годах: развал СССР, расстрел Белого дома. Хорошая новость в том, что враг не стреляет в тебя из-за угла или с неба. Плохая — в том, что враг невидим, а угроза — в банальном контакте с окружающими.

Решение проводить матчи Серии А без зрителей было на поверхности. Дальше перед лигой стоял выбор: месяц играть при закрытых дверях или сразу прервать чемпионат. Определились, когда угроза стала реальной для футболистов.

Теперь не знаем, что делать на выходных без футбола. Приходится менять приоритеты и думать, что будет с нашей работой, бизнесом, жизнью.

(Getty Images)
Getty Images

Думаю, четвертьфиналы Лиги чемпионов и Лиги Европы будут отложены, в лучшем случае, до конца апреля-начала мая. Полностью или частично, но на следующей неделе раунды ЛЧ и ЛЕ доиграют, а дальше будут ждать лучших времен . О решении объявят в течении недели, максимум десяти дней. Зачем проводить турниры, если команды вроде «Хетафе» точно не поедут на выезд, не представляю .

Что будет с сезоном, доиграют ли турниры когда-нибудь, не знает никто. Пока нет представления, сколько продлится угроза — месяц, два или три. В ближайшее время матчи во всех топ-лигах, где чемпионат не прерван, должны будут проходить без зрителей — включая, возможно, и Англию. И я буду очень удивлен, если Евро-2020 состоится . Даже если к июню мы более-менее избавимся от угрозы. Идеальный вариант — сдвиг этого сезона и начала следующего на месяц-два.

Италия извлекла одно преимущество из ситуации по сравнению со всем миром. Пускай и такой большой ценой, но мы поняли, насколько все серьезно. Серьезность касается и будущего. «Когда мы закончим сезон, что и куда перенесем» — сейчас такой вопрос на самом деле не стоит. Мы делаем то, что должны, и ждем, когда все наладится. Кто-то из игроков с менеджеров, с которыми я на связи, возмущался, но все осознают: глупо продолжать, как было, и не предпринимать мер.

Что делать с чемпионатом России? Единственный способ остановить вирус — ограничить социальное взаимодействие. В Китае из-за политического режима это ограничение приняло массовый характер, но других вариантов нет. Проведение соревнований при закрытых дверях даже не должно обсуждаться. Это не мое мнение, а факт: от Чили до Швеции, от Италии до России болельщиков нельзя допускать на трибуны. Скопление не тысячи, а даже сотни человек в тесном пространстве исключено.

(Getty Images)
Getty Images

Вам повезло, если у вас нет отпусков или командировок в ближайший месяц-полтора, в первую очередь в Италию. Подождите что-то отменять на майские, но на вашем месте я бы не планировал вообще ничего.

Молодежь чувствует себя неуязвимой: «Да я сильный, мне пофигу!» Да, коронавирус затрагивает в первую очередь людей в возрасте, но не стариков, а от 50 лет. Вы, может, и в безопасности. А ваш отец? И потом, даже если вы чувствуете себя в норме, нет никаких гарантий, что вы полностью здоровы. Вы можете вовсе не иметь симптомов, но перенести вирус и заразить им кого-то постарше — запросто.

Три недели назад моя тетя скончалась от болезни, связанной с дыхательными путями. Она была в возрасте, но в целом все было в порядке, как и со всеми пожилыми людьми. Мне не сообщали, что у нее обнаружили коронавирус — но кто знает, так ли это на самом деле.

Берегите себя, будьте осторожны, будьте в курсе, сохраняйте спокойствие и не позволяйте среде вас запугать. Иначе потеряете концентрацию и контроль. Ситуация страшная, но мало толку, если испугаетесь еще и вы.

Подписывайтесь на телеграм-канал автора

Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене