Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13

Мамаев — наш Винни Джонс. Играл в тюрьме круче, чем в «Краснодаре», рубился в подкатах, дерзил

И принимал поздравления от батюшки.

ФутболРПЛ
11 августа 2019, Воскресенье, 11:30
Александр Мысякин, Sport24

Репортаж Sport24 из исправительной колонии № 4.

— Ух, #####, — нападающий «Салюта» Андрей Ивантеев мчался за мячом, но вместо него встретился с металлической стойкой ограждения. Ивантеев выдохнул и посмотрел вниз: пах уцелел. Сзади в Андрея впечатался Павел Мамаев — по правилам (судьи вообще были лояльны к хозяевам), но очень брутально.

Мяч пришел к вратарю «Золотых львов» Коле. Ивантеев с Колей не знаком, но наслышан: на воле кипер числился в дубле «Салюта». Десять лет спустя карьера подбросила шанс сыграть с Мамаевым — правда, жизнь вне футбола повернула не туда. Кто-то из «Львов» сидит за разбой, кто-то за кражи, а половина, по словам начальника колонии, «наркоманы»: «Сидят по 228-й статье, народной. Зеки сами ее так называют».

Мамаева это не смущает: «Здесь много порядочных людей. Ловишь себя на мысли, что их больше, чем на свободе».

Колю Кокорин с Мамаевым хвалили чаще всего: тот блистал сейвами и однажды на манер Давида Де Хеа потащил дважды за несколько секунд. Трибуны — все в черных робах — заходились в овациях. Коля — безоговорочный первый номер «Львов», но единицу на спине забрал Кокорин.

(Александр Мысякин, Sport24)
Александр Мысякин, Sport24

Коля так рвался себя проявить, что начинал атаки забросами далеко вперед, в сторону Александра Кокорина. «Салют» во главе с Андреем Колесниковым, земляком Кокорина и знакомым Мамаева по «Торпедо», снимал верх. Практичнее было покатить Мамаеву: Павел озирался, обходил кочки на вытоптанном земляном поле и белой бутсой выцеливал пас на Кокорина.

Александр привлекал к игре и брата Кирилла. То звал разыграть комбинацию на штрафном, то доверял решить самому: «Сам, брат, сам!» Но вел эту игру Мамаев — и так уверенно, так яростно, что дворовый статус матча забывался.

(Александр Мысякин, Sport24)
Александр Мысякин, Sport24

Во-первых, Мамаев определил исход. По-хорошему «Салют» дважды забил в свои (в том числе усилиями Колесникова), но ФСИН записал на Мамаева хет-трик. Из глубины атаковать на таком крохотном поле было даже удобнее. Особенно эффектно Павел воспользовался этим во втором тайме, лупанув в самую девятку.

Когда-то Мамаев забивал другому вратарю с 35-м номером.

Во-вторых, стык с Ивантеевым — не исключение. Уже через три минуты Мамаев расстелился в таком подкате, что изгваздал всю форму в пыли и грязи. И странно, что к концу игры не ободрал себе колени: Павел с первых секунд врубил режим бульдога, лез во все отборы и ни разу не убрал ноги. Чаще Мамаев просто читал игру и настигал соперника, мысля на три шага вперед. Но когда приходилось бороться, Павел включался.

(Александр Мысякин, Sport24)
Александр Мысякин, Sport24

Кокорин очевидно щадил ногу, которую, если верить его адвокатам, по итогам пребывания в «Бутырке» могли ампутировать. Александр нечасто делал рывки и пару раз опасливо смотрел на коленку: все ли в порядке? Мамаев о таком не заморачивался и ни на что не отвлекался.

В-третьих, Мамаев проявил себя настоящим лидером. Павел рулил командой, без умолку подсказывал, делал замечания и вообще источал уверенность. Зеки тянулись к нему и смотрели с восторгом — что в игре, что на чаепитии после. Если Кокорины держались вместе, то Павла окружали обычные арестанты.

Можно быть уверенным: внутри тюремных бараков Мамаев ставит себя так же, как на поле.

***

Формально тренером «Львов» из уважения определили самого старшего усатого и седоватого дедулю (он и получил пластиковый кубок за победу), а лучшим игроком матча признали Кокорина — надо же было отметить и его. Александр порывался отдать свою награду Мамаеву, но тому вручили отдельную — как лучшему бомбардиру.

(Александр Мысякин, Sport24)
Александр Мысякин, Sport24

Но самым зрелищным было поведение Мамаева в интервью. Кокорин улыбался и выглядел милахой, а Мамаев поправлял журналистов и отчитывал за глупые вопросы — часто по делу. Уйти от прессы было некуда, так что оставалось огрызаться. «Четвертый раз записать сюжет не можете», — тыкал Мамаев телевизионщиков, достававших его вопросами. На вопрос о «Краснодаре» Павел требовал дословно привести конкретную цитату Сергея Галицкого.

— Вы хотели бы вернуться в «Краснодар»? — допытывались у Мамаева.
— Хочу освободиться.

— Вы говорили, что тюрьма вас ничему не научила, — пытался завязать беседу я.
— Где и когда я такое говорил?

— Один из вас (на самом деле Кокорин).
— Я — не говорил. Сначала подготовьтесь, а потом спрашивайте, — советовал Павел.

В иной раз это бы выбесило, но здесь, в Алексеевке, за Мамаева радостно: ему не приходится притворяться, такой он есть и будет всегда. Кокорин уводил тему к московскому СИЗО (там условия содержания заметно хуже), а вот Мамаев честно говорил, как его изменила тюрьма.

— Ничего страшного нет ни в колонии, ни в СИЗО, если ты с собой честен. У каждого есть ситуация — ну, драка, повели себя неправильно. Люди оступаются, и надо нести наказание, что мы и делаем.

Трогательно, как это поведение сочеталось с верой. После игры Мамаев тепло обнялся с отцом Кириллом, прибывшим на матч: они не раз виделись в храме на территории колонии.

«Бог в помощь», — напутствовал батюшка. Как он рассказал, Мамаеву и другим заключенным помогает Георгий Победоносец.

На память о колонии Мамаев обещал набить новую тату.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене